Версия сайта для слабовидящих
0+
Сообщи о допинге ВАДА
Сообщи о допинге ПКР
Личный кабинет

«Вместо Пекина проведем международные зимние игры». интервью Павла Рожкова

05 марта 2022 года
Шеф миссии Паралимпийского комитета России на Играх в Пекине — о последствиях отстранения нашей команды и возможности оспорить это решение.

  • Международный паралимпийский комитет (IPC) 2 марта допустил российских спортсменов до участия в Играх в Пекине, а спустя день отстранил их
  • Произошло это на фоне угроз нескольких сборных, которые отказались выходить на соревнования из-за участия россиян
— С вылетом домой определились?

— 5 марта сборы, представители «Аэрофлота» привезут во все три олимпийских деревни контейнеры для багажа. 6 марта рейсом вылетаем в Шереметьево. Кроме нашей делегации и СМИ на борту никого не будет.

— Рейс не «золотой», но полетите всей командой. Какой встречи ждете в Москве?

— Не согласен, что не золотой. У Лекомцева семь побед на недавнем чемпионате мира, у Голубкова — шесть, у Воронихиной — две. В нашей команде много сильнейших в мире. И это одна из причин, по которой наши конкуренты не хотели видеть нас на Паралимпиаде.

— Ситуация с вашим выступлением перевернулась с ног на голову за 12 часов. Сначала допустили, потом отстранили, потому что начали поступать жалобы. Как вы это видите?

— Жалобы поступали весь последний месяц, то больше, то меньше. Когда приехали в Пекин, и глава IPC Эндрю Парсонс довел представителям команд, что мы допущены, вал жалоб стал особенно мощным. На следующее утро целый ряд делегаций — Прибалтика, Норвегия, Германия — стали требовать на совещании глав миссий отстранения нашей команды, обещая в противном случае не выйти против нее на старт. Парсонс жестко ответил: решение принято, меняться не будет. После этого я встречался с нашими хоккеистами и керлингистами, как вдруг сообщают: пришло письмо с противоположным вердиктом, принятым под давлением правительств тех стран, чьи представители входят в исполком IPC. А это по двое из Австралии и Эмиратов, по одному из США, Канады, Японии, Италии. Сам Парсонс бразилец.

— Пытались поговорить потом с кем-то из членов исполкома?

— Таких разговоров не было. Сразу связались с юридическими фирмами, традиционно помогающими ПКР, запросили их экспертную оценку. Пытались понять, что делать дальше.

— Вас не удивила несколько наивная непоследовательность исполкома? Можно же мыслить хоть на шаг вперед, чтобы не разворачиваться потом на 180 градусов?

— Первое решение не было удивительным. Нас допустили и вообще очень доброжелательно контактировали с нами в последние месяцы по критериям довосстановления статуса. Мы все выполнили: сдали нужное количество тестов, обеспечили свое участие в международных соревнованиях, согласовали логотипы и экипировку. Было очень хорошее отношение, без придирок, нам все время помогали. Согласовали приезд. Ничто, как говорится, не предвещало, несмотря на события в нашей стране и в мире. Никакой враждебности IPC.

— Получить отказ после разрешения болезненнее, чем сразу. Согласны?.

— Любой отказ болезненный. Он и есть отказ.

— Другие делегации вас поддержали после того, как IPC передумал?

— Подходили спортсмены и тренеры, которые нас давно знают. Но публично, к сожалению, никто твердой позиции не занял, настолько твердой, как у наших оппонентов. Ни сейчас, ни в 2016 году, когда случилось предыдущее отстранение. Самые громкие традиционно — англосаксы и норвежцы. Часть других по-тихому выразили соболезнование, на этом все закончилось.

— За три дня в паралимпийской деревне были эксцессы с представителями других команд?

— На ежедневных совещаниях в 8 утра тренеры мне о таком не докладывали.

— Главной причиной вашего необращения в CAS стал пункт регламента, позволяющий IPC отстранять кого угодно без объяснения причин?

— Кроме статьи 2.9, которая прозвучала в нашем пресс-релизе, есть статья 2.8 — «Арбитраж по спорам». Устав IPC, увы, значительно отличается от устава МОК и составлен так кабально, что не позволяет возбуждать какие-либо иски и разбирательства. Признаешь это — можешь соревноваться и быть членом IPC, нет — не можешь. Давняя история, в 2016-м было то же самое: сборную России отстранили от Олимпиады и приостановили членство в IPC на основании подозрений в государственной допинговой программе. Прошло шесть лет. Ни одного обвинения в адрес конкретных спортсменов или ПКР до сих не прозвучало.

Процитирую, однако, пункт 2.8. «Все споры во время Паралимпийских игр решаются исключительно независимой комиссией IPC. Они являются окончательными и обжалованию не подлежат, обязательны к исполнению. Каждый член IPC отказывается от своего права подавать апелляции». Как в воинских уставах: 1. командир всегда прав; 2. если не прав, см. п. 1.

И еще одно: на Паралимпиадах, в отличие от обычных Олимпиад, нет выездной панели CAS. Быстро оспорить что-то в принципе невозможно. Не быстро тоже. При этом отстранить в одностороннем порядке могут любого.

Иными словами, мы могли претендовать на комиссию, которая ничем не отличалась бы от исполкома в плане мнения, но многое теряли бы потом, поскольку это не отвечает уставу IPC. Решили вернуться к вопросу позже, когда будем готовы предъявить конкретные встречные обвинения. Они могут касаться как моральных, так и материальных издержек. Парсонс сам говорил, что одна из причин первоначального разрешения — нехватка времени до начала Игр. Кропотливо все посчитаем, а посчитать есть что, работа была проделана большая, и озвучим свое несогласие, это будет более эффективно, чем сиюминутный неподготовленный процесс.

— Голоса ПКР достаточно, чтобы инициировать изменения в пунктах 2.8, 2.9?

— Нет. Необходимо только квалифицированное большинство.

— Тяжело спортсмены перенесли удар?

— Все мы испытали шок, потрясение. Слезы были не только у женщин, но и мужчин, причем тренеров. Колоссально подготовились, потрясающе выступали в начале года. Спорт — наша жизнь! Тяжело такое видеть и ощущать на себе, конечно. Особенно опытным спортсменам, которым, может, больше не доведется участвовать в Олимпиадах.

— Вы обращались в Международный союз инвалидов и Всемирную организацию по реабилитации. Какую поддержку хотели получить от них?

— Жанна Хайди не только глава второй организации, но и президент Паралимипийского комитета Китая. Очень авторитетный чиновник. Обратились даже не затем, чтобы решить нынешний острый вопрос, но и затем, чтобы придумать, как не допускать подобного впредь. В Союзе инвалидов тоже 400 организаций из 91 страны. Возможно, есть смысл проводить какие-то альтернативные Игры, серьезно об этом думаем.

— Светлана Журова в программе «Есть тема» упомянула внутренние соревнования, компенсирующие российским паралимпийцам из отстранение из Пекина. Будет что-то подобное?

— Начали активно этим заниматься. Опыт есть: после Пхенчхана-2018 недопущенные туда спортсмены соревновались на специально организованных внутренних стартах. И получили вознаграждения, эквивалентные олимпийским. Средства на эти соревнования в бюджете есть, планируемые сроки — середина марта, место объявим позже. Проведем Международные спортивные Игры стран Содружества, куда пригласим, соответственно, спортсменов этих стран. Уже работаем над идеей.


С использованием материалов Матч ТВ.


Пресс-служба Паралимпийского комитета России


«Вместо Пекина проведем международные зимние игры». интервью Павла Рожкова

«Вместо Пекина проведем международные зимние игры». интервью Павла Рожкова

«Вместо Пекина проведем международные зимние игры». интервью Павла Рожкова

«Вместо Пекина проведем международные зимние игры». интервью Павла Рожкова

Паралимпийский комитет России
Паралимпийский комитет России. Новости паралимпийского движения в России
101000
Россия
Москва
Москва
Тургеневская площадь, 2
+7(495)783-07-77